Владислав Радимов: «Знаю, что такое патриотизм»

«Советский Спорт», 15.01.2003

Владислав Радимов всегда был яркой фигурой в российском футболе. Его неожиданный переход из «Крыльев Советов» в «Зенит» добавил еще больше интереса к этому игроку. Нынче имя Радимова и вовсе не сходит с уст питерских болельщиков. На сборах в Турции 27-летний плеймейкер получил травму мениска и выбыл из строя.

Подвести Ткаченко не мог

– Владислав, ваш переезд в Петербург стал одной из главных сенсаций межсезонья. Как все произошло?

– В конце декабря я был у друзей в Москве, как вдруг мне на мобильный телефон позвонил президент «Крыльев» Герман Ткаченко. Сказал, что нужно встретиться, поговорить. Оказалось, ему поступило предложение о моем переходе в «Зенит».

Сначала я ответил категоричным «нет». Все-таки последний сезон в самарском клубе получился неплохим, да и быть капитаном в команде Тихонова, Каряки, Булатова – большая честь. Однако, по словам Ткаченко, я понял, что эта сделка выгодна «Крыльям». С Германом Владимировичем меня связывают тесные дружеские отношения: полтора года назад, когда я уже собирался заканчивать с футболом, он пригласил меня в свой клуб. Подвести его я не мог. Свою роль сыграла и встреча с Виталием Мутко. После нее все сомнения относительно переезда в Петербург отпали.

– Что вам сказал Мутко?

– Это был исключительно деловой разговор, в ходе которого обсуждались подробности личного контракта. В частности, президент «Зенита» обещал снять для меня квартиру, выразил готовность выделить автомобиль. Правда, в этом нет необходимости – у моей семьи в Питере есть машина. О деньгах речь даже не заходила. Клубы договорились, что моя зарплата останется без изменений.

– О патриотизме разговора не было? Все-таки вы уроженец Петербурга…

– Естественно, это тоже сыграло свою роль. Вернуться в родной город всегда приятно.

– Вся трансакция произошла очень быстро?

– Буквально за два-три дня. Первое время находился от скоротечности перехода в шоке. Теперь к мысли о том, что я – игрок «Зенита», уже привык.

– Перед отъездом вы попрощались с болельщиками «Крыльев» в интернете. Чья это была идея?

– Моя. Дело в том, что я достаточно часто заходил на гостевую книгу самарцев. То же самое делали Тихонов, Пошкус, другие ребята. Вот я и посчитал своим долгом проститься с любителями футбола, поблагодарить их за поддержку.

– Гостевую книгу «Зенита» тоже собираетесь посещать?

– Я уже был на ней и понял, что питерские фанаты относятся ко мне не очень хорошо. Вот только причина этого мне непонятна. Говорят, было какое-то интервью, в котором я негативно отозвался о «Зените» – покажите мне его. Надеюсь, когда болельщики увидят, что я не жалею ног в игре, их отношение ко мне изменится.

Бездельничать в постели не буду

– На днях во время сборов «Зенита» в Турции вы получили неприятную травму…

– Это произошло минут за двадцать до окончания матча с бельгийским «Брюгге». Была борьба, я поставил опорную ногу, и тут на нее навалился соперник. Чувствую, в колене что-то хрустнуло. Правда, боли не было, но разгибаться нога перестала. Естественно, о продолжении игры не могло быть и речи.

– Какой диагноз поставили врачи?

– В понедельник я вернулся из Турции в Петербург, и сразу же отправился на обследование в Военно-медицинскую академию. Врачи осмотрели больное колено и поставили диагноз – повреждение мениска. К счастью, связки вроде бы не задеты. Это значит, лечение не должно занять больше месяца. Вчера я сдал все необходимые анализы, а сегодня в ВМА пройдет операция.

– У вас раньше были проблемы с мениском?

– Нет. За всю футбольную карьеру – ни одного повреждения колена.

– Не боитесь оказаться не готовым к началу чемпионата?

– Совсем необязательно лежать в постели в ожидании, пока с ноги снимут гипс. Современные методы реабилитации позволяют сегодня травмированному игроку быстро включиться в работу. Мне врачи так и сказали: «Уже на третий день можешь идти тренироваться». Конечно, бегать кросс я не смогу, а вот заниматься на тренажерах – пожалуйста.

– Восстанавливаться после травмы будете в Питере?

– Честно говоря, мне бы очень хотелось отправиться с командой на следующий сбор на Кипр. Об этом я специально попросил Властимила Петржелу. Если же тренеры меня все-таки не возьмут, буду готовиться дома. Может быть, поеду в Москву – там вроде бы есть очень хороший реабилитационный центр.

Острый язык Тарханова

– Судя по вашему желанию ехать на Кипр, обстановка в команде хорошая.

– Очень. Ребята тепло приняли меня, да и с тренерами проблем не возникает.

– Говорят, Властимил Петржела в работе строг, да и нагрузки дает немалые.

– Тренировки у него, действительно, тяжелые. Впрочем, я не видел ни одного футболиста, который бы любил предсезонную подготовку. А что касается строгости, тут чех значительно уступает Морозову или Тарханову. Те такое могли сказать, что игроки начинали бегать с утроенной скоростью.

– Вы с ним уже общались тет-а-тет?

– Буквально пять минут во время первой встречи. Петржела сказал, на какой позиции планирует меня использовать, спросил мое игровое прозвище. Какое? Пускай оно останется для внутреннего пользования.