Он был всегда одет с иголочки

«Тихоокеанская звезда», 30.01.2020

В свое время он был известным футболистом, тренером, судьей. В молодости отметился и в русском хоккее и два сезона защищал ворота команды ОДО (название СКА появилось позднее), отыграв в высшей лиге 45 матчей. Это я о Геннадии Мелкове, которому на днях исполнилось бы 85 лет.

Так сложилось, что еще в 1960-х годах Геннадий Александрович перебрался в соседний Владивосток. Но чувствовалось, что сердце его по-прежнему принадлежало Хабаровску, где он родился, вырос, добился успехов в спорте. Поэтому при первой же возможности Мелков рвался в родной город, нередко приезжая в дальневосточную столицу в качестве судьи, инспектора матча, тренера.

Кстати, до последних дней жизни он был при деле, работая в должности заведующего учебной частью центра подготовки юных футболистов клуба «Луч».

Геннадий Александрович всегда выглядел бодро и довольно элегантно: костюм, что называется, с иголочки, галстук или бабочка… Помню, как на 75-летнем юбилее легендарного вратаря Германа Обрезкова (тоже, увы, уже покойного) Мелков с товарищами душевно пели свою любимую песню, слова которой они придумали сами: «Не стареют душой ветераны футбольных полей!».

– Мое детство прошло, по сути, на хабаровском стадионе «Динамо», – рассказывал о себе Геннадий Александрович. – Рядом с комплексом, в овраге, где сейчас городские пруды, стояли бараки, где и жила наша семья. Мой папа в те годы был известным легкоатлетом, одним из сильнейших в Сибири и на Дальнем Востоке, так что мне сам бог велел заниматься спортом. Поскольку из окна моего дома был слышен стук мячей, раздававшийся со стадиона, я с малолетства пропадал на футболе.

Неудивительно, что первой его командой стало «Динамо», за которую Геннадий играл в детские и юношеские годы. Тренировал ребят Мирослав Коберский – фигура в футболе очень уважаемая.

– Команда у нас была хорошая, – вспоминал спустя годы Мелков. – Помнится, двоих парней Игнатенко и Терешкова забрали потом в московское «Динамо» (Терешков даже выступал в составе «бело-голубых» по хоккею с мячом с Василием Трофимовым и другими звездами тех лет). Там же, в «Динамо», я играл вместе с Борей Семеновым, с которым потом оказались в СКА.

В 1954 году меня призвали в армию. Попал в спортроту, а чуть позже мной заинтересовалась команда Окружного Дома офицеров. Это был ведущий клуб региона, который в те годы дважды выигрывал Кубок РСФСР. Конечно, я не сразу попал в основной состав. Помню, в 1955 году съездил с командой на первенство Вооруженных сил во Львов. Затем уже стал регулярно попадать в основу.

Много у нас было, не побоюсь этого слова, классных игроков. Один Герман Обрезков чего стоит! У него было прозвище Железный гаваец, пробить Геру было ой как сложно, он обладал удивительной реакцией. Невысокий, по вратарским меркам, рост, но очень силен был физически. Да и другие ребята были что надо – Вася Бородин, Миша Медведев, Боря Яровенко, Гена Тучков, Витя Голишев, уже упомянутый мной Боря Семенов, который в Томске умудрился прямо из аута мяч в ворота забросить. Был у нас еще Толя Двоенков – потом его в ЦСКА забрали, и за Одессу он играл.

А тренировал команду тогда Григорий Сухов, человек высочайшей культуры и эрудиции, интеллигент. Он игрокам привил привычку чистить все до блеска, чтобы и пуговицы сверкали, и сапоги были начищены. Интересно, что сам Андреич в футбол не играл, он в самодеятельности пел армейской, знал всех оперных певцов. В то время футбольным самообразованием было заниматься трудно. Это сейчас сиди и смотри, допустим, английский или итальянский чемпионаты, любая литература доступна…

– Сухов хорошо занимался с нами физподготовкой, но, конечно, чисто футбольные приемы показать не мог, – продолжал свой рассказ Мелков. – Зато как он умел сплачивать коллектив, настраивать на борьбу! Мы были очень организованы и на каждый матч выходили, как, образно говоря, на последний бой. И выигрывали! В 1956 году пробились, например, на финал Спартакиады народов РСФСР.

Начиная с 1957 года, наша команда стала выступать в зональном турнире первенства СССР по классу «Б». И мы доминировали в регионе, раз за разом побеждая в соревнованиях, выезжали и на финальные пульки.

Правда, в отличие от своих друзей – Обрезкова, Голишева, Семенова – Мелков поиграл в родной команде не слишком долго. Так получилось, что он уволился из армии и весной 1960 года выступал уже в Томске.

– Поступило предложение, вот и поехал, – объяснял позже Геннадий Александрович. – Не жалею ли об этом? Что ж, если бы я остался тогда в СКА, жизнь бы, конечно, сложилась по другому сценарию. Может быть, дослужился до офицера, как Борис Семенов, тренировал бы в паре с ним армейцев… Но случилось то, что случилось. Я своей жизнью, в принципе, доволен. В Томске тогда тоже была неплохая команда. В 1960 году мы были в шаге от победы в зональном первенстве, выиграли первый круг, но из-за собственного разгильдяйства концовку сезона смазали.

Повесил бутсы на гвоздь Мелков довольно рано – в 29 лет. Почему так вышло? История банальная: футболист не сошелся характерами с новым тренером томичей Тер-Макаровым. Он, как водится, привез с собой группу игроков, и пошли деления на два лагеря – кавказцев и сибиряков… Геннадий, который за словом в карман, что называется, не лез, вступился за ребят, которых тренер отчислил.

Тер-Макаров – южанин, джигит, быстро закипал. В общем, нашла коса на камень… В итоге тренер сказал начальству, что, мол, Мелков мешает ему работать. Ну а в конфликтах между тренером и игроком обычно последнему приходится уходить…

Можно было, наверное, после этого вернуться в родной Хабаровск, но волею судеб Мелков оказался во Владивостоке. «Луч» тогда тренировал Александр Кочетков, с которым Геннадий вместе играл еще в СКА.

– Вот он и позвал меня к себе в помощники, – рассказывал Мелков. – Предложение работать в тренерском штабе команды мастеров показалось мне лестным. И в 1966 году я начал тренерскую деятельность. Проработал тогда в «Луче» шесть сезонов подряд – был и вторым тренером, и начальником команды, и старшим тренером.

Интересно, что тогда даже у команд второй лиги были дублирующие составы. Молодежь там крепла. И какая молодежь – Коля Гонтарь, Юра Загуменных… Гонтарь, считаю, был вратарем от бога. Когда я начал с ним работать, это был здоровый парень с широкими плечами, но не было мышечной массы. Зато это был самородок в плане отдачи, любви к футболу. Сколько мы с ним работали, особенно на сборах в Средней Азии. Помню, уходил Коля с тренировок – только зубы блестят и глаза, а сам весь в грязи. Он прямо под душ в форме шел. В общем, «пахал» будь здоров как! Меня все время просил – пойдем, побьем по воротам.

И эта титаническая работа сказалась: в 1971 году Гонтаря пригласили в московское «Динамо», потом он в сборную СССР попал. А Юра Загуменных – тоже наш воспитанник – потом играл в ленинградском «Зените» и ташкентском «Пахтакоре». Увы, он погиб вместе с «Пахтакором» в авиакатастрофе в 1979 году.

Впрочем, вернемся к Геннадию Александровичу. В 1972 году он получил приглашение возглавить «Сахалин» из Южно-Сахалинска. К тому времени тренерский опыт у Мелкова уже имелся, и островитяне под его руководством в первый же сезон в зональном первенстве СССР во второй лиге стали серебряными призерами.

На Сахалине он проработал три года, а потом вернулся во Владивосток, ставший Мелкову к тому времени домом. Работал в краевой ДЮСШ. Прикипел и к судейству. Обслуживал футбольные матчи (дважды входил в десятку лучших рефери России) и высшую лигу по хоккею с мячом. В футболе дорос до звания судьи всероссийской категории, в русском хоккее – до арбитра всесоюзной категории. Потом стал инспектором матчей. И до 70 лет тянул эту лямку. Нередко приезжал в качестве инспектора и на игры в Хабаровск.

Однако судейство – судейством, но в карьере Мелкова были еще заходы на тренерский мостик. В начале 1980-х он несколько сезонов тренировал в Ванино местный «Водник». Портовый клуб тогда считался одним из ведущих в чемпионате Хабаровского края, дважды при Геннадии Александровиче выигрывал Кубок края.