Максим Деменко: «Всегда считал: все, что ни делается – к лучшему»

«Независимая спортивная газета», 11.06.2013

Максим Деменко – человек с очень интересной и яркой судьбой. Этого футболиста-универсала в свое время жизнь помотала по российским городам и весям и даже забрасывала в столицу братской Украины. Известному воспитаннику кубанского футбола, в недавнем прошлом игроку сборной России есть что рассказать: тут и трех часов оживленной беседы не хватит. Карьеру этого игрока, пожалуй, непозволительно излагать сплошным текстом: ведь каждый клуб – это уже новая история, с которой хочется поближе познакомиться. Поэтому «Независимая спортивная газета» предлагает вашему вниманию целую серию мини-историй, которых объединяет главный герой – Максим Деменко.

ДЕТСТВО

– Играть в футбол, как и все мальчишки, я начинал еще во дворе: со спортивной площадки нас выгнать трудно было – начал рассказ Деменко. – Чуть позднее отец и дядя отвели меня на стадион «Кубань» к тренеру Владимиру Стефановичу Щегловскому, знаменитому в прошлом вратарю, который дал мне просто бесценные навыки. Но так получилось, что мне пришлось сменить общеобразовательную школу, а вместе с ней и футбольную: теперь уже я ходил в СДЮСШОР-5 в группу к Артему Хачатуровичу Бараняну.

– Считается, что смена наставника в юном возрасте не идет на пользу футболисту. В вашем случае такого не произошло?

– Нет, что вы! Мне очень повезло с детскими тренерами: и Щегловский, и Баранян умели привить своим воспитанникам любовь к «игре миллионов», и я не стал исключением. К тому же, явным плюсом было то, что раньше учили играть на любой позиции, вне зависимости от того, что у тебя больше получается. В результате, в «Кубань» я пришел универсалом, способным как в полузащите отпахать, так и в обороне отработать.

– А в нападение не тянуло? Обычно все пацаны мечтают забивать голы…

– На самом деле, хоть я и играл в основном сзади, но частенько в атаку подключался – потому, может, за пять различных команд в результате и отличился (рекорд чемпионатов России. – Прим. М. Г.). Причем, что самое удивительное, при моем росте головой почти не забивал: не получалось, и все тут! Выбить мяч из своей штрафной – это одно, а вот точно направить его в чужие ворота – совсем другое. Возможно, поэтому я форвардом и не стал, а действовал в основном в средней линии и защите.

– А какая позиция была для вас наиболее комфортной?

– Существенной разницы для меня не существовало: я привык играть в центральной зоне, а где именно – в обороне или полузащите – не имело особенного значения. Сейчас привязка к позиции применяется повсеместно, и это неплохо: игрок четко знает свое место на поле, собственные функции и задачи. Однако в 90-е годы такого подхода еще не было, а потому мы учились всему – и гол забить, и ворота отстоять.

«КУБАНЬ» (1992–1993)

– В главную команду края я попал по инициативе Игоря Викторовича Калешина, тренера «Кубани» на тот момент, – продолжает Деменко. – Мне тогда было всего 16, поэтому до основы еще недотягивал и первый сезон почти полностью отыграл за дубль. Но ближе к концу года Калешин начал подтягивать меня к основе, и это был для меня огромный плюс. Ведь тогда за желто-зеленых выступали Виталий Дорошенко, Станислав Лысенко, Алексей Герасименко, Сергей Белоус, Мурат Гомлешко – по кубанским меркам звезды!

– Быстро адаптировались в коллективе?

– Адаптацией это назвать трудно: все-таки я играл дома, в Краснодаре, здесь меня все знали, а потому влиться в коллектив не составляло особого труда. При Игоре Викторовиче в «Кубани» сложилась очень теплая, дружественная обстановка, а потому к новичкам относились очень доброжелательно. К тому же, Калешин, видимо, рассмотрел во мне потенциал, раз вызвал из дубля, и именно в том сезоне я дебютировал в высшей лиге страны.

– Дебют запомнился?

– Такое трудно забыть. Помнится, это был предпоследний тур чемпионата, мы играли в Ставрополе с местным «Динамо». Хозяева к тому моменту еще боролись за место в «вышке», а мы потеряли все шансы на сохранение в ней прописки, но все равно вышли сильнейшим составом, ведь нужно было биться за честь клуба. Появился я на поле где-то за полчаса до конца матча, когда все было уже ясно: «Динамо» зацепилось за спасительную 15-ю строчку, а нам в последнем матче предстояла та памятная встреча с «Уралмашем»…

– Чем она запомнилась?

– Это был, пожалуй, самый неудачный матч «Кубани» в 1992-м. До сих пор не забуду: прибыли мы в Екатеринбург, на дворе 20 градусов мороза! Вышли мы на газон – было такое ощущение, что очутились не на футбольном поле, а на катке. Местные же игроки к этому давно привыкли и что-то специально прикрутили к бутсам, чтобы не скользить: судья на это глаза закрыл. И только встреча началась, как нам забивают гол! Делать нечего – нужно отыгрываться, и мы по оледеневшему полю бросились сломя голову в атаку, про оборону совершенно забыли. В итоге на контратаке пропустили второй гол, потом и третий, и «напихали» нам в той игре аж шесть мячей.

– Что сказал Калешин после матча?

– На самом деле, он был довольно человечным и понимал, что не только мы виноваты в случившемся. Игорь Викторович не стал нас ни ругать, ни отчитывать, а просто сказал: «Ребят, вы сделали все, что могли». Калешин сколотил в Краснодаре замечательный коллектив, и то, что у команды не получилось закрепиться в элите российского футбола, нельзя назвать только его неудачей.

– Но к первой лиге, тем не менее, «Кубань» готовил уже другой наставник.

– Да, в 1993-м в команду пришел Леонид Васильевич Назаренко, но никаких кардинальных перемен он не внес. Костяк той команды, что играла в «вышке», остался, он добавил всего лишь пару-тройку исполнителей. Более того, Леонид Васильевич подтягивал к основе молодежь, и, таким образом, даже у дублеров появился шанс закрепиться в основе. При Назаренко я отыграл большую часть матчей в первой лиге, правда, уже на другой позиции.

– На какой?

– Я стал действовать в центре обороны, но особых трудностей это не вызывало: наоборот, смена позиции пошла мне на пользу. Поначалу, конечно, было трудновато, но уже по прошествии 5-6-ти туров я окончательно освоился в этом амплуа и закрепил за собой место в основе. И я рад, что не затерялся в том коллективе: «Кубань» показывала зрелый, интересный футбол, а потому очень жалко, что тогда вылетели.

– И при этом выше желто-зеленых в таблице оказался другой краснодарский клуб – «Колос». Эти поединки носили характер настоящего дерби?

– Мне кажется, те поединки по накалу можно сравнить с нынешним противостоянием «Кубани» с «Краснодаром». «Колос» действительно представлял собой грозную силу: Георгий Константинович Безбогин собрал под свои знамена талантливых парней, в их числе были такие мастера, как Костя Коваленко и Валера Борисов. Первый цементировал все в центре поля, а второй около 20 мячей за сезон наколотил! И ажиотаж у тех встреч был сумасшедший: на другие матчи тысячи 2-3 собиралось, а на дерби и по 12 приходило.

– Максим, время, проведенное в стане желто-зеленых, вспоминаете с особой теплотой?

– Конечно! Ведь «Кубань» фактически дала мне жизнь в футболе. С ней я рос в профессиональном плане, понюхал пороху высшей лиги, почувствовал все плюсы и минусы второго эшелона российского футбола. Я благодарен клубу за все, что он для меня сделал.

– Перебросим мостик в день сегодняшний. Как оцените нынешние дела в команде?

– Думаю, результаты «Кубани» за последние три года оценить отрицательно ни у кого язык не повернется. Пятое место и еврокубки – в начале 90-х, когда я выступал за желто-зеленых, это было просто нереально. Но сейчас за счет точечной и крайне эффективной селекции в клубе подобраны игроки, способные решать любые, самые высокие задачи.

– Но, судя по составу, «Кубань» по-прежнему едет на багаже Петреску.

– Действительно, большинство игроков пришли в команду еще при Дане, но ведь и футбол при нем они показывали совсем другой. Не может быть так, чтобы новый тренер пришел в коллектив и ничего в нем не поменял: такого просто не бывает. «Кубань» при Петреску, Красножане и Кучуке – это три разных команды, впечатляющих в том или ином аспекте.

– А вам лично работа какого из данных наставников показалась наиболее эффективной?

– Трудно сказать. Команда прогрессирует, а значит, и работа каждого нового тренера все эффективнее. При Петреску, к примеру, «Кубань» демонстрировала в основном оборонительный футбол и решающую роль играли индивидуальные действия исполнителей. При Красножане стало больше комбинаций, контроля мяча. А Кучук создал из набора футболистов коллектив, именно за счет слаженных действий добивающийся результата. Произошло своего рода удачное наслоение, обернувшееся несомненным прогрессом.

– На днях стало известно, что Леонид Кучук вдруг покинул «Кубань». И что теперь? Новому специалисту удастся не опустить высоко поднятую планку?

– Для меня уход Кучука, признаюсь, стал большой неожиданностью. Что же касается вашего вопроса, то, прежде всего, давайте узнаем, кто возглавит «Кубань». А вообще, очень многое зависит от команды в целом. Я вот боюсь, как бы наших звезд не растащили гранды – ведь те же Озбилиз, Попов, Беленов и Козлов наверняка на карандаше у топ-клубов. А с учетом потерь Ионова, Пиццелли и Кулика мы можем получим совершенно печальный итог, которого нельзя допустить. Но если «Кубань» удержит хотя бы часть своих лидеров, то у нее, уверен, будут высокие шансы на удачное выступление как в России, так и на европейской арене.

«ДИНАМО» КИЕВ (1994)

– Новая страница в вашей карьере – легендарное киевское «Динамо».

– Уж не знаю, как обо мне узнали в Киеве, но после одной из игр «Кубани» ко мне подошел Павел Георгиевич Богоделов, работавший тогда в селекционной службе киевлян, и предложил подписать контракт. Вы не представляете, в каком я тогда шоке был! Да я за «Динамо» с детства болел, всех игроков знал, но то телевизор, а это – реальность! Вот вам пример: из той великой команды Валерия Лобановского, которая в 1986-м Кубок обладателей Кубков взяла, мне больше всех Анатолий Демьяненко нравился: гениальный был футболист! И представьте себе мое состояние, когда однажды на тренировке он ко мне подошел и сказал: «Макс, мы с тобой почти однофамильцы, так что все у тебя хорошо будет». (Улыбается).

– Можно сказать, что в Киеве вы оказались в окружении одних звезд?

– Не то слово! Легендарных людей и искать не надо было. Когда я приехал на первый сбор, тренером киевлян был еще Михаил Иванович Фоменко, который ныне наставник сборной Украины, он-то мою кандидатуру и одобрил. Но вскоре он ушел, и его место занял Йожеф Йожефович Сабо – известнейший форвард сборной СССР и «Динамо». В итоге меня просматривали заново, уже на сборе в Германии, и только после этого окончательно подписали со мной контракт.

– Как команда вас приняла?

– Как и в «Кубани», никаких проблем с адаптацией у меня не было. Дело в том, что «золотое» поколение середины-конца 80-х уже уступало свои позиции молодым, и тогда в составе киевлян блистали Олег Лужный, Сергей Шматоваленко, Андрей Ковалец – основа команда и ее «лицо», если можно так сказать. А мы вместе с моим другом Мишой Джишкариани и Сашей Призетко были чуть помоложе, но каши не портили и в команду влились без проблем.

– А явно выраженный лидер в команде был?

– Звезда в той команде была одна – это Виктор Леоненко. Этот человек мог самостоятельно игру вытащить – чего только стоит его дубль в ворота московского «Спартака» в Лиге чемпионов! Витя имел уникальный талант, поэтому жаль, что он его так до конца и не реализовал. Может быть, в какой-то степени ему помешало несколько пижонское отношение к футболу, но место в составе он потерял – на его позиции заблистал Андрей Шевченко.

– Как считаете, в чем заключался гений Шевченко?

– Да абсолютно во всем! Андрей, как и Леоненко, был чистой воды самородок. Нестандартная походка, необычная манера бега, классный дриблинг – футболиста Шевченко можно было узнать за версту. К тому же, при Лобановском Андрей добавил в плане дисциплины, и как раз школа Валерия Васильевича уберегла его от ошибок Леоненко. Ведь и условия для развития к тому моменту были прекрасными: опасаться финансового краха клубу после прихода Игоря Суркиса на пост президента киевского «Динамо» не приходилось.

– Действительно при Суркисе были сумасшедшие зарплаты?

– По тем временам, не скрою, это были бешеные деньги. Помню, после первой премии мы ходили с женой по главной улице Киева Крещатику и не знали, что купить! В итоге увидели в одной из витрин видик, – а по тем временам это была роскошь, о которой все мечтали, – и купили без колебаний, запросто. Но, уверяю вас, такие зарплаты были не только в «Динамо»: не знаю, как в России, а на Украине большинство команд могли похвастать «широким карманом».

– Получается, можно было даже сидеть на лавке и все равно жить безбедно?

– Да нет, полировать скамейку Сабо просто не позволил бы. Пожалуй, только в Киеве я столкнулся с такими изматывающими тренировками: порой мы играли двусторонку на все поле вчетвером! Приходилось вкалывать на полную катушку, поскольку те, кто этих сумасшедших нагрузок не выдерживал, сразу же могли искать себе новую команду.

– И что же, эффект был налицо?

– Думаю, первое место в чемпионате и всего одно поражение говорят сами за себя. Да я и сам чувствовал, что значительно прибавил в «физике»: хоть и играл все так же в центре защите, но порой в атаку через все поле бегал! Никогда, наверное, не забуду свой гол в ворота «Днепра». Сыграл в «стеночку» с партнером и отдал пас на Мишу Джишкариани, тот навесил в штрафную, рикошет – и я в касание переправил мяч в ворота. А ведь потом еще силы оставались обратно бежать! Эх, вот это была команда!!!

– Если вам нравилось в Киеве, почему же решили уйти?

– А вот это довольно необычная история. С тем, что к тому моменту у меня не было своей квартиры и машины, я успел смириться, но тут произошел еще один случай. В розыгрыше Лиги чемпионов-1994/95 «Динамо» попало в одну группу с московским «Спартаком», и мне сказали: «Будешь играть». И вот я начал готовиться к матчу, как вдруг. зовут на выезд с дублем, а это было за два дня до встречи с красно-белыми! Я понял, что в таком случае не успею вернуться, и отказался ехать. Что самое удивительное, меня тогда все равно включили в заявку на матч, но на поле я так и не вышел.

– И это стало последней каплей?

– К тому моменту у меня уже заканчивался контракт, и я уже согласился на предложение тольяттинской «Лады». К тому же, не нравилось, что в Киеве ко мне, как казалось, относятся как легионеру: мол, он россиянин, а у нас и свои ребята есть. Но потом ко мне подошел Суркис и сказал: «Ты что, Макс? Я бы тебе и машину, и квартиру дал, только бы ты остался». Сабо тоже обиделся: он не понимал, как я могу променять Киев на Тольятти. Но включать заднюю передачу было уже поздно.

– А ведь вскоре произошло возвращение Валерия Лобановского и началась очередная «золотая» эпоха киевлян. Не жалеете сейчас о том своем поступке?

– Нет смысла жалеть: тогда я считал трансфер наилучшим вариантом. Кто знает, как бы сложилась моя дальнейшая судьба при Лобановском? Хотя, конечно, поработать с мэтром было бы очень интересно. Я вообще считаю, что все, что ни делается – к лучшему. Меня ведь и в 1999-м звали обратно, но я не поехал: на тот момент я уже познакомился с Виталием Леонтьевичем Мутко, с которым у нас сложились очень теплые отношения, и поэтому не мог подвести человека.

– В Киеве частенько бываете?

– Раньше ездил в гости, теперь уже появляюсь там гораздо реже. По-прежнему общаемся с некоторыми ребята из той команды: с тем же Владом Ващуком, с которым в 2003-м в московском «Спартаке» пересеклись, с Владом Прудиусом еще. На матчи киевлян и вовсе давно не выбирался, но стараюсь следить за ними по телевизору. Честно говоря, после ухода Юрия Павловича Семина динамовцы выглядят неважно, и, как результат, потеряли путевку в Лигу чемпионов. На данный момент они значительно уступают «Шахтеру» в уровне футбола, и нужно это исправлять.

– Вам не кажется, что гегемония «горняков» во внутреннем первенстве приобретает тотальный характер?

– Да, подопечные Мирчи Луческу смотрятся действительно впечатляюще. В прошлом году мне довелось видеть их матч на «Донбасс-Арене» против «Челси» («Шахтер» победил со счетом 2:1. – Прим. М. Г.), и донецкая команда оставила очень приятное впечатление. Особенно запомнился Мхитарян – я вовсе не удивлен, что его хочет купить «Ливерпуль» за огромные деньги. И, тем не менее, я верю, что в будущем сезоне дела у киевлян наладятся, и они вновь будут радовать своей игрой, в том числе и в еврокубках.

«ЛАДА» ТОЛЬЯТТИ (1995–1998)

– Вариант с «Ладой» возник довольно неожиданно, – продолжает свой рассказ Максим. – Зимой я приехал в Краснодар сдавать экзамены в институте, и тут меня «выловил» Евгений Николаевич Бузникин, который и предложил поиграть в Тольятти. Затем состоялся предметный разговор с президентом клуба Александром Борисовичем Гармашовым, и после этого сомнений у меня уже не оставалось.

– У вас не было ощущения, что вы сделали шаг назад?

– Нет, что вы, первая лига России в ту пору была ничем не хуже украинской высшей лиги. К тому же, в «Ладе» подобрался настолько сильный коллектив, что грех было жаловаться: так, за нас играли Владимир Филиппов и Олег Розин, звезды выступавшего в Кубке УЕФА камышинского «Текстильщика», а также Леша Бахарев, наш бомбардир. Плюс ко всему, по финансированию и уровню зарплат «Лада» уж точно была достойна высшей лиги, что мы и доказали в том же сезоне.

– Отмечали такое событие бурно?

– Конечно, это же праздник был! Помню, местный хоккейный клуб нам даже памятную клюшку подарил. А вообще у нас с хоккеистами классные отношения были: жили в одном общежитии, ходили друг к другу в гости, так что почти одной семьей стали. И они к нам на матчи ходили, и мы к ним, когда нужно было поддержать – вот что значит товарищество! Я даже как-то пробовал в хоккей поиграть, правда, не слишком удачно вышло: кататься кое-как научился, а вот с остальным большие проблемы возникли.

– Какой же вид спорта в Тольятти пользовался большей популярностью?

– Все-таки это хоккейный город: в середине 90-х местный клуб и чемпионом России становился, и Кубок Европы завоевывал. А вот футбольные традиции были не такими славными, и Гармашов прилагал все усилия, чтобы создать суперклуб. Может быть, именно поэтому на смену тренеру Виктору Антиховичу, который вывел нас в «вышку», пришел другой Виктор – Тищенко. И, казалось бы, все шло как никогда гладко: мы плотно закрепились в середине таблицы, однажды даже на седьмую строчку взлетели. А вершиной, пожалуй, стала домашняя игра с московским «Спартаком», когда мы с боем отстояли ничью. Но что было потом.

– Что же произошло?

– Вы знаете, сколько лет прошло, а я все еще не найду ответа на данный вопрос. Скорее всего, та встреча со спартаковцами вселила в нас непонятно почему некоторую самоуверенность: проще говоря, у нас «выросли крылья». В худшем, понятно, понимании. Тищенко пытался их «обрезать», но не помогало ничего. Поражение следовало за поражением: 10 игр «в одну калитку» – это, конечно, нонсенс. Однако шанс спастись у нас все же был: нужно было кровь из носу обыгрывать дома «Ростсельмаш». Но мы свои моменты не реализовали, а они забили дважды, и с высшей лигой мы попрощались. Правда, была еще игра с «Балтикой».

– Чем же она примечательна?

– Я по-прежнему выступал в роли центрального защитника, но встречу с калининградцами заканчивал. вратарем. Да-да, Саша Шульга был удален на 70-й минуте, и мне оставшееся время приходилось стоять в «рамке» – таких ощущений я еще не испытывал! До этого, конечно, приходилось ворота защищать, но то тренировки, а это матч высшей лиги. В общем, проигрывали мы 0:3, а как я перчатки надел, так еще два пропустили. В общем, достойно завершить сезон не получилось.

– После вылета в команде начались кадровые перестановки?

– И еще какие! То, что подбор футболистов у нас сумасшедший, стало ясно в межсезонье, когда почти что всех ведущих игроков «растаскали» ведущие клубы. У меня тоже были предложения, но дело в том, что я подписал с «Ладой» долгосрочный контракт, а по тем временам это значило, что Гармашов стал фактически моим агентом. Быть может, в каких-то моментах он мог принять другое решение, однако Александра Борисовича я полностью понимаю: он хотел как лучше. Порой я сам совершал ошибки, как получилось, к примеру, с московским «Спартаком».

– Неужели отказались переходить в лучший клуб страны?

– Да нет, дело было совсем в другом, а именно – в документах. Казалось бы, я уже подписал документы с одной компанией, и трансфер совершен, но через пару дней приходят чистые бланки, которые снова нужно было заполнять. Как такое может быть? Я решил ничего не подписывать, потому что это было чересчур уж подозрительно. А в «Спартаке» очень хотел выступать: на сборе познакомился поближе с Никифоровым, Цымбаларем, Аленичевым, даже удалось с Олегом Ивановичем Романцевым переговорить. Но с москвичами в том году у меня не сложилось.

– И что же, «переходные страсти» на том закончились?

– Наоборот, они только начинались. Летом я поехал на просмотр в бременский «Вердер», для которого 90-е стали эпохой расцвета. И мне действительно нравилось в Германии: тишина, спокойствие, вокруг люди, обожающие футбол. Чего далеко ходить – я тренировался вместе с Дитаром Айльтсом, чемпионом Европы-1996! А еще тесно общались с Андреасом Херцогом, который сейчас работает помощником Клинсманна в сборной США, тот и вовсе по-русски говорил, а чуть позднее подъехал Виктор Скрипник – вообще свой! Остался бы я в Бремене, если бы не Гармашов: его предложение немцев не устроило, и с мечтой пришлось попрощаться.

– Тогда какой вариант его бы устроил?

– Ну, к примеру, он был не против моего перехода в «Аланию». Однако здесь уже я сопротивлялся: хотел заключить договор буквально на год, а Валерий Георгиевич Газзаев сказал: «Нет, Макс, это несерьезно». Вот так и отпал у меня вариант с «Аланией». На самом деле, куда меня тогда только не приглашали: в 1999-м Бышовец в донецкий «Шахтер» звал, а Долматов – в ЦСКА. Но я выбрал другой путь.

– И в итоге отыграли вместе с «Ладой» два сезона в первой лиге?

– Да, и не назову эти годы потерей времени. В Тольятти мне предоставили прекрасные условия, и я благодарен людям, которые это все организовали. Я даже на заводе «ВАЗ» был, нам процесс сборки показывали – где еще такое увидишь!. И команда подобралась хорошая, именно в ней в первый раз себя проявил Максим Бузникин. В общем, Гармашов делал все, чтобы его детище процветало.

– Но вот он ушел из клуба, и тольяттинский футбол покатился по наклонной.

– Вы правы, в клубе все зависело от Александра Борисовича. Он определял политику клуба, назначал тренеров, даже игроков сам выбирал – все держалось по большей части именно на нем. Как итог: без Гармашова футбол в этом регионе долгое время был никому не нужен, и только сейчас «Ладу» начали потихоньку возрождать.

«КРЫЛЬЯ СОВЕТОВ» (1998), «ЖЕМЧУЖИНА» (1999)

– В Самару меня позвали в середине сезона в качестве «представителя службы спасения»: к тому моменту команда находилась неподалеку от зоны вылета, и потому перед Александром Аверьяновым, тренировавшим «Крылышки», была поставлена задача собрать крепкую команду. К слову, задачу мы тогда выполнили: во второй половине сезона дела пошли на лад, и мы завершили турнир на 12-й строчке.

– Остаться не хотели?

– На самом деле, город мне нравился, как и местная команда, которую к тому моменту возглавил Александр Федорович Тарханов, но Гармашов не договорился с клубом в финансовом плане, и выбора у меня не было. В итоге первую часть сезона-1999 я сидел практически без дела, поэтому вернулся в Краснодар и тренировался вместе с любительской командой, которую тренировал опять же Игорь Калешин. И уже в середине чемпионата меня позвали в Сочи – на этот раз вытаскивать из трясины местную «Жемчужину».

– Снова становиться «спасателем» не хотелось?

– Мне просто хотелось играть, и все равно, в какой команде. У варианта было немало плюсов: Сочи находится недалеко от дома, и, к тому же, благодаря Арсену Найденову «Жемчужина» успела превратиться в некий бренд. Ну и самый, пожалуй, важный аргумент – это то, что командой руководил Антихович. Про этого человека я никогда не скажу плохого слова, у нас всегда с ним были прекрасные отношения, и я без колебаний принял предложение.

– И что же, удалось на этот раз решить задачу?

– Все было бы хорошо, если бы не та злополучная домашняя игра с «Ротором». Дело было за три тура до конца чемпионата, волгоградцы были нашими прямыми конкурентами, и нам нужно было победить дома во что бы то ни стало. Первыми, правда, забили гости, но под конец тайма я сумел сравнять счет, а после перерыва мы вышли вперед. Казалось бы, три очка в кармане, мы продолжаем борьбу, но. Рано мы тогда обрадовались: на 86-й минуте Валера Есипов сравнял счет, и «Ротор» вышел победителем дуэли. Обидно было до боли! Ведь, если бы тогда команда не покинула элиту российского футбола, быть может, ее удалось бы спасти.

«ЗЕНИТ» (2000–2001)

– Дальше в вашей биографии значится «Зенит».

– То, что я оказался в команде с берегов Невы – заслуга, в первую очередь, Виталия Мутко – президента «Зенита» в те годы. Он выразил инициативу встретиться со мной лично и обсудить все вопросы, и, к моему удивлению, эта встреча прошла в очень дружественной обстановке. Он не оказывал никакого давления, а просто сказал: «Максим, мы для тебя и семьи забронировали номер в гостинице. Посмотришь город, освоишься и тогда только примешь решение». Честно, я был поражен такому отношению со стороны руководства и, несмотря на то, что меня звали в Киев и Москву, остался в Питере, и ни капли не пожалел.

– Но первый год все же ушел на притирку?

– Вы правы, без этого не обошлось. Все-таки новый коллектив, новые требования и, кстати, новая позиция: брали меня в качестве защитника, а вот играл я. под нападающими. Конечно, немного непривычно было, но результат все же налицо: в первом сезоне забил четыре мяча, а в следующем – целых шесть! Но без таких партнеров, как Саша Горшков и два Андрея – Кобелев и Аршавин – такого результата, думаю, сложно было бы добиться. И, к тому же, Анатолий Давыдов, который тогда «верховодил» командой, мне доверял, и это придавало уверенности.

– Но Давыдова сняли через несколько туров, а вот с Морозовым у вас, как известно, не заладилось.

– Да глупости все это! У нас с Юрием Андреевичем были хорошие отношения. Конечно, бывали и перепалки, но все это было на эмоциях, в рамках приличия и в процессе работы. Просто я был еще молодой и не понимал, почему тренер меня в основе не выпускал – я же готов играть! И только потом осознал, что у Морозова было свое видение игры и он знал, когда меня стоит выпустить с пользой для команды. А вне поля мы с ним довольно плотно общались, даже в гости к нему ходил. Помню, в первый раз на пороге меня встретила его жена, и ее слова были такие: «Так вот вы какой, Максим Деменко! А мне про вас муж много рассказывал».

– При Морозове многое в команде поменялось?

– Заслугой Юрия Андреевича следует назвать то, что он сохранил костяк команды, сформированный Давыдовым, и постепенно вливал в него «свежую кровь», то есть молодых футболистов. Изменилась и тактика нашей игры при Морозове: четыре защитника, один из которых был чуть выдвинут вперед, два опорника, два крайних хавбека и один центрфорвард.

– А кто составлял командный костяк?

– В те годы идеальный состав у нас был такой: ворота защищал Слава Малафеев, в обороне действовали Саркис Овсепян, Костя Лепехин и Юра Вернидуб, которого потом, правда, заменил Дима Давыдов. Андрей Кобелев был тем самым выдвинутым защитником, а мы с Сашей Горшковым играли на позиции инсайда. Что касается атаки, то справа был Кержаков, слева – Аршавин, а по центру располагался Саша Панов, которого после отъезда во Францию сменил Гена Попович. А ведь еще чуть позже пришли Угаров, Спивак, Катульский.

– И что же, боеспособный коллектив оказался?

– Не то слово! Стартовали, помню, с ничьей с «Ротором» в гостях, но потом-то были пять побед подряд! Правда, затем настала череда неудач, и все стали винить Морозова: зачем ставить Кержакова в старте, если парень не забивает? Но Юрий Андреевич настырный был, все не отказывался от своей идеи, и не прогадал ведь: Саша забил, причем, «Спартаку», и мы победили.

– Та виктория окрылила?

– Конечно, снова у нас наступила белая полоса, самым характерным проявлением которой стал разгром ЦСКА. Ох, и матч был! Семак счет открыл, я сравнял, и тут понеслась игра в одни ворота – 6:1! Вырвались мы на второе место и могли его удержать, но дальше была игра с «Локомотивом», который третьим шел. Тогда с железнодорожниками была нулевая ничья, затем поражение от спартаковцев – и на мечтах о серебре, увы, поставлен жирный крест.

– Но сезон все равно был сверхудачным для питерцев и вас лично?

– Это даже не подлежит сомнению. Трудно, конечно, сказать, что для меня важнее – золото с киевским «Динамо» или бронза с «Зенитом»: пожалуй, обе эти награды по-своему ценны. А в городе тогда был настоящий праздник: такое событие как-никак! К тому же, в том сезоне мы и до финала Кубка Интертото дошли, но там испанская «Сельта» оказалась сильнее. Так что сезон и вправду был исторический. Но мне долго отмечать не довелось: местный климат совершенно не подходил моей дочке, и в итоге нам пришлось уехать из Питера.

– Но за судьбой команды продолжали следить?

– Даже если бы не хотел, все равно следил бы: про «Зенит» сейчас говорят везде и очень много, правда, не всегда приятные вещи. Ситуации с Широковым и Денисовым, видимо, пошатнули спокойствие в коллективе, и началось какое-то непонятное брожение – оттого, может, и чемпионство не удержали. Да и бывшие зенитовцы тоже на первых полосах газет: поступок Аршавина после Евро, когда он отказался извиниться перед болельщиками, облетел всю страну и даже мир. В общем, страсти в Питере и окрестностях кипят, а что из этого получится, увидим.

СБОРНАЯ РОССИИ (2000)

– Максим, самое время затронуть тему сборной.

– Я вызывался еще в юношескую сборную страны на игры со Словенией и Финляндией, а вот в первой команде дебютировал в 2000-м при Романцеве. Здесь обстановка кардинально отличается от клубной: в национальной команде своя аура и свой способ подготовки к матчам. Изматывающих тренировок в сборной не бывает, по большей части, каждый игрок сам себя доводит до определенных кондиций. И в результате тренер смотрит на проделанный объем работы и отбирает лучших.

– Каким получился дебют?

– Знаете, никогда не забуду то состояние, когда стоишь под звуки гимна с гербом на груди – вот это действительно классно! А сама игра с США в память не врезались: все-таки соперник невеликий был. Вот матч со словаками памятен, но немного в другом ключе, а именно – моей ошибкой. После подачи соперника я сначала промахнулся по мячу, а потом попытался догнать его у «ленточки» ворот, но не успел – и мы пропустили гол. Обидно, конечно, было, но хорошо, что все обошлось и мы вничью сыграли.

– А ведь еще была неофициальная встреча со второй сборной Германии.

– Что тут скажешь: немцы есть немцы, пусть хоть третья сборная с нами играла бы. Те люди, которые не проходили в основной состав, выступали за ведущие клубы Европы – о чем еще можно говорить? Немецкая команда всегда считалась некоей машиной, которую трудно остановить, но мы это сделали – все-таки 4:4 сыграли.

– Как думаете, нынешняя сборная так же с немцами сыграть могла бы?

– Что бы там ни говорили, у нас замечательная сборная, и это доказал Хиддинк в 2008-м на Евро. Капелло же привнес в национальную команду что-то новое и, конечно, установил жесткую дисциплину в коллективе. Но это хорошо: пока данная методика работы приносит результат. Так что за нынешнюю команду я спокоен, меня больше волнует та «dream team», которая будет выступать на чемпионате мира-2018, а вот здесь перспективы пока туманны.

«РОСТСЕЛЬМАШ» (2002), «СПАРТАК» МОСКВА (2003)

– Как я уже говорил, мне пришлось уехать из Санкт-Петербурга, и руководство меня отпустило без всяких претензий, но перед этим я дал обещание Виталию Мутко: хотя бы год не переходить в московские клубы. Тогда из всех вариантов я выбрал Ростов-на-Дону, так как до дома было почти рукой подать. Тренером в «Сельмаше» Байдачный был – интересный наставник, я вам скажу. Эмоций у него было не занимать, это точно! Анатолий Николаевич очень энергичный человек, команду заводил с полуслова.

– Год в составе желто-синих прошел не зря?

– Когда играешь почти весь чемпионат в основе, вряд ли можно назвать сезон пропавшим. Наоборот, я физически и психологически подготовил себя к переходу в «Спартак», куда намеревался пройти с третьей попытки, и ведь получилось. К счастью, успел застать в команде Олега Ивановича, который ушел сразу после финала Кубка России, и его школа оказалась просто бесценной.

– В чем была ее главная прелесть?

– Прежде всего, в подходе. Казалось бы, ты любишь и умеешь играть в «стеночки», перепасовки, забегания, но попадаешь на поле, и все это умение исчезает. Поэтому на сборах я проходил все заново под чутким руководством Романцева, который все популярно рассказывал и показывал. Не секрет, что этот тренер является настоящим символом «Спартака» и после его ухода красно-белые так ни разу и не почувствовали вкуса больших побед.

– А настоящий спартаковский дух вы ощутили?

– Вы знаете, мне этот вопрос задали спустя месяц моего пребывания в команде, и тогда я еще не проникся этой атмосферой. Но со временем, поработав с Романцевым и ребятами, начал остро осознавать, что это такое, и почувствовал себя не просто футболистом с ромбиком на груди – почувствовал себя спартаковцем. Ведь те люди, которые находились в команде, привыкли к вкусу побед и чемпионствам, и даже если мы играли вничью, то разочарованию не было предела. И я проникся этим спартаковским духом, который на самом деле является не чем иным, как духом победителей.

– Именно он и помог команде в финале Кубка против знакомого вам «Ростсельмаша»?

– Матч для нас очень трудный был: в первом тайме владели преимуществом и забили гол благодаря усилиям Егора Титова, а вот во втором ростовчане прибавили и имели парочку стопроцентных моментов, в которых нас выручил Леша Зуев, наш голкипер. И в итоге мы победили – с трудом, конечно, но в финале легких игр не бывает. Никакой эйфории у меня не было, наоборот, я пошел к своим бывшим партнерам по «Ростсельмашу», чтобы приободрить: все-таки команде с берегов Дона редко удается приблизиться к титулу на расстояние одного шага, и поэтому вдвойне обидно было проиграть, я это понимал.

– Что сказал Романцев после игры?

– Гораздо важнее, что он сказал перед матчем, а именно: «Ребята, вы и сами знаете, что этот поединок решающий. Помните главное – в случае победы вы внесете свои имена навечно в историю «Спартака». Вот так человек мог двумя предложениями, без длинных речей настроить на победу! Олег Иванович был потрясающим тренером и человеком, при нем игра девятикратных чемпионов была настолько выделяющейся, что этот коллектив затмил собой, пожалуй, и легендарное поколение Федора Черенкова. Но руководство «Спартака» в лице Андрея Червиченко, видимо, не совсем понимало значимость Иваныча для красно-белых, и после победы в Кубке и ухода Романцева дух победителей исчез.

– Неужто все настолько резко поменялось?

– Что тут скажешь, если команда в чемпионате сползла в середину таблицы, а потом был тот самый «бромантановый скандал», о котором и вспоминать не хочется, затем отставка тренерского штаба во главе с Чернышовым, постоянные перестановки. Только при Владимире Григорьевиче Федотове все понемногу наладилось, но сезон было уже не спасти.

– Насколько знаю, следующий сезон у вас не сложился из-за череды повреждений.

– Да, как бы то ни было, бромантан сделал свое дело: организм перестал чувствовать порог опасности, и травмы посыпались одна за другой. Причем, срок восстановления увеличился. В итоге только я восстановился, как в январе снова выбыл из строя. При этом все получилось довольно нелепо: мы сошлись с «Галатасараем» на Кубок «Эфес Пилсен», счет был равный, и тут игрок турецкой команды выскакивает один на один с вратарем и катит мяч в ворота. Я полетел за ним, но мало того, что не успел догнать, так еще и угодил коленом прямо в штангу. До сих пор удивляюсь, как оно тогда не разлетелось.

– Ничего себе.

– Но при этом в «Спартаке» со мной поступили по-человечески: Невио Скала, который в 2004-м был рулевым, сказал, что я ему нужен, и мне предоставили лечение за счет клуба. Однако что-то пошло не так: только восстановлюсь, начинаю тренироваться, как опять появляются болевые ощущения. А после чемпионата Европы в команду пришел Старков, и он четко дал понять: на меня не рассчитывают. Однако сказано это было в очень уважительной форме, и к латышскому специалисту у меня претензий не было. Да я и сам понимал, что моя карьера в «Спартаке» закончилась.

– Ну а что скажете о нынешних делах красно-белых?

– Я вот никак не могу понять, почему с таким составом и тренером они ходят вокруг да около пьедестала. И так каждый год! Чего не хватает, понятия не имею. Наверное, все-таки стабильности, особенно в матчах с конкурентами: спартаковцы могут на кураже «разорвать» ЦСКА, а потом безвольно проиграть тем же «армейцам». А пока не будет хоть какого-нибудь постоянства, о медалях и титулах думать наивно.

«ДИНАМО» КРАСНОДАР (2005–2008)

– Так получилось, что в то время я познакомился с Андреем Станиславовичем Снежко и поначалу выступал за созданную им команду «Космос-СП» в зимнем чемпионате Краснодара. Динамовцев же возглавлял Мурат Гомлешко, и благодаря ему, а также генералам Михаилу Крапивному и Сергею Кучеруку оказался в стане бело-голубых. Состав тогда подобрался сумасшедший: братья Коваленко, Олег Терехин, Игорь Киселев. В итоге два раза – в 2005 и 2008 годах – мы выиграли чемпионат Кубани, а я набрал приличную форму, чтобы вернуться на профессиональный уровень.

– Для вас это был временный вариант?

– В «Динамо» я действительно пришел для того, чтобы просто восстановиться, набрать форму, в надежде снова заиграть: карьеру заканчивать не планировал. Но этот период стал для меня решающим: я и лучшим полузащитником признавался, и обрастал титулами местного масштаба, так что годы пребывания в «Динамо» вспоминаю с удовольствием.

– Каков был тогда уровень наших краевых соревнований?

– Не поверите, но я был удивлен: вроде бы чемпионат Кубани, а посмотришь со стороны, так вторая лига! Действительно, всегда наше первенство выделялось своим хорошим подбором участников: «ГНС-Спартак», «Молния» из Небуга, геленджикский «Спартак». Играть против столь крепких коллективов было в радость, особенно если стараешься вернуться на прежний высокий уровень.

– Обидно, что клуб не удалось сохранить?

– Конечно, хотя было множество разговоров о том, чтобы «Динамо» продолжит жить, однако все безрезультатно. Такого самобытного коллектива не хватает в высшей лиге края, но, тем не менее, хочу заметить, что уровень соревнований не упал: появились новые интересные дружины и ежегодно 7-8 команд до последнего борются за первую строчку в таблице.

ФК «КРАСНОДАР» (2009–2010)

– Команда существовала всего второй сезон и сразу же поднялась в первый дивизион, так что я решил попробовать и по приглашению тогдашнего тренера «быков» Сергея Вахрушева перешел в «Краснодар». Цель у нас была одна – сохранение прописки, и мы ее обеспечили задолго до конца турнира, так что играли в свое удовольствие. Здесь я уже почувствовал себя «дядькой»-наставником: ребята молодые подобрались, и меня сами же футболисты всеобщим голосованием выбрали капитаном.

– Обжились в новой роли?

– Вполне. Капитан – самый приближенный к тренеру футболист и должен его хорошо понимать, чтобы донести его идеи до остальных. У меня, думаю, это получилось, так как футбол мы показывали интересный, достойный, не случайно, люди начали подтягиваться на стадион. Так, если в начале сезона 500 человек приходило, то последнюю домашнюю игру с «Аланией» 7 тысяч народу собралось! Это рекорд был, и мы болельщиков решили не расстраивать.

– Напомните итог поединка.

– Тут вот еще в чем соль была: владикавказцам для выхода в премьер-лигу обязательно нужна была победа, и в прессе стали писать, что, мол, хозяева сдадут матч. Хотя тогда я уже прекрасно знал Сергея Николаевича Галицкого и по его реакции понял, что все это бредни. И что вы думаете: эта пустая болтовня так нас разозлила, что мы разгромили соперника – кандидата в «вышку» – со счетом 5:1! Победа, кстати, волевой была: сначала мы пропустили, а уж потом понеслась. Для меня это самый памятный матч за «Краснодар».

– А как же «дерби» с «Кубанью»?

– Такие игры тоже не забываются. Помню, на сборах мы их обыграли 3:0 – сколько радости было! Но «Кубань» только-только строилась тогда, а в чемпионате уже с таким же результатом они дали нам «прикурить». Однако сейчас, конечно, эти поединки стали острее в плане интриги и силы сторон.

– Галицкий частенько в раздевалку к команде заглядывал?

– Он всегда заходил приободрить, настроить. Сразу видно было, что человек переживает за свое детище и его не бросит. Атмосфера в коллективе почти семейная была, так что все эти слухи о «договорняках», которые все еще порой витают над «Краснодаром», беспочвенны. Да и футболисты подобрались мастеровитые: это и поигравшие в премьер-лиге Женя Калешин и Саша Перов, а также молодежь – сын известного футболиста Володя Татарчук, бомбардир Андрей Михеев, Азим Фатуллаев.

– Но при Ташуеве играли уже другие.

– Сергей Абуезидович, понятное дело, набирал состав для премьер-лиги, и многим не нашлось места в его дружине. Я тоже решил сменить прописку и уйти в «Жемчужину», но меня хотели удержать и оставить в структуре клуба. Я прекрасно осознавал, что с Ташуевым у нас немного разные взгляды на комплектование команды, а потому вариант с сочинской «Жемчужиной» представлялся мне более интересным.

– Если судить извне, то что изменилось в игре «Краснодара» с приходом Муслина?

– «Быки», наконец, нащупали свой футбол и создали фирменный стиль, которым и покоряют сердца болельщиков. Появилась и стабильность, а она в футболе ценна как нигде: все-таки удерживать позиции в середине таблицы тоже нужно уметь. Думаю, команда постепенно готовит себе плацдарм для «наступления на Европу», которое может начаться уже со следующего сезона.

«ЖЕМЧУЖИНА» (2010–2011)

– Это был очень амбициозный проект Дмитрия Леонидовича Якушева, созданный в 2007 году и к 2010-му достигший некоторых успехов, в частности, выхода в ФНЛ. Я уже ранее выступал за сочинский клуб, а потому хотел вернуться, так сказать, в знакомую обстановку, вот и подписал контракт с сочинцами. И ведь все шло замечательно поначалу.

– Вы даже забили победный гол «Уралу» в 3-м туре.

– И не только это: ребята, опять же коллективно, избрали меня капитаном команды, а по итогам сезона меня признали лучшим полузащитником первого дивизиона. Приятно было в мои 35 стать лучшим! И болельщики нас поддерживали: мало того, что на играх стадион заполняли, так и на тренировки приходили, интересовались жизнью команды. Помню, ветераны просили с собой на выезды брать, а нам неловко – все же пожилые люди. И в таком регионе с такими футбольными традициями нет клуба.

– Почему «Жемчужина» так скоропостижно скончалась?

– Если бы в 2010-м в премьер-лигу вышли, может, все было бы по-другому. Но тогда остановились в шаге от цели. На следующий год приехал тренировать Станислав Черчесов, а вместе с ним и другие звезды уровня Дениса Бояринцева, и первые 7 туров мы лидировали, никому не отдавая пальму первенства.

– Что-нибудь интересное подметили в работе Черчесова?

– Он любит дисциплину, это стало понятно сразу же. А еще, будучи в прошлом спартаковцем, он вместе со своим помощником Мирославом Ромащенко пытался привнести в нашу игру красно-белые нотки: «стеночки», забегания, те самые «кружева». Эх, играли бы мы сейчас в премьер-лиге, если бы не финансовый крах клуба.

– То есть банально закончились деньги?

– Не совсем. У Дмитрия Леонидовича начались проблемы и в бизнесе, и в семье горе случилось, так что ему нужно было время, чтобы восстановить бюджет. Большинство игроков согласилось потерпеть, даже хотели скидываться, чтобы для выездов автобус арендовать. Но часть футболистов, как это часто и бывает, интересовали только финансы, и они начали писать бумагу за бумагой в суд. В итоге клуб оказался банкротом, и благое дело ничем хорошим не завершилось.

– А что же местные власти?

– Знаете, складывалось ощущение, что городским чиновникам футбол вовсе не нужен! Мало того, что помощи «Жемчужине» от администрации так и не последовало, так и сохранить команду хотя бы во втором дивизионе они не смогли. Сейчас непонятно, кто и во что там играет, а ребят талантливых в этом курортном городе полно.

«ЧЕРНОМОРЕЦ» НОВОРОССИЙСК (2012)

– С «Черноморцем» у меня воспоминаний много связано, с учетом того, что морякам я забил больше, чем остальным, причем, порой и дубли оформлял. И меня все время звали в Новороссийск, мол, пускай лучше за нас мячи заколачивет. Решился на переход только в середине прошлого сезона, когда клуб нужно было спасать от вылета из ФНЛ. Город мне всегда нравился, а к тому времени он и вовсе стал еще чище и красивее, так что, над предложением долго не думал.

– В команде вы выступали под 25-м номером. С чем связан такой выбор?

– С тем, что эта цифра была свободна. Вообще, поначалу – и в Киеве, и в Тольятти – я выбирал «тройку»: нравилась эта цифра. В Самаре мне дали 4-й номер, а в Ростове и вовсе примерил знаменитую «десятку» – что называется, почувствуй себя Марадоной. Но в «Зените» номер 3 был уже занят Андреем Кондрашовым, и я решил его удвоить – получилось 33. Так я играл под ним в последующие годы, пока в Новороссийске не оказался.

– А приметы какие-нибудь были?

– Естественно, у каждого футболиста есть свои суеверия: кто-то не бреется до игры, кто-то ступает на поле с определенной ноги, кто-то талисман с собой приносит. Но свои секреты я пока рассказывать не буду, рановато еще.

– Тогда перейдем к общедоступной информации, а именно вашему выступлению за «Черноморец».

– Ну что же, меня снова выбрали капитаном, и ответственность за результат почувствовал сразу, тем более, он был не ахти какой. Правда, был у нас момент, когда мы почти выкарабкались из «ямы», но тут удача от нас совершенно отвернулась. Так, в гостевой игре с красноярским «Енисеем» вели в счете, но затем пропустили гол с пенальти, а затем остались в меньшинстве, но при этом очень остро атаковали и. все равно не забили. А ведь если бы тогда победили, оторвались бы от конкурентов на 6 очков.

– После этого чувства обреченности не возникало?

– Наоборот, появилось еще большее желание оставить команду в ФНЛ, но, видимо, это сделать было не суждено. Ну как объяснить тот факт, что в игре с «Волгарем-Газпромом» Артур Григорян в добавленное время забил чистый гол, а судья его отменил? В общем, не хватило нам немного для того, чтобы остаться. Но, справедливости ради, стоит сказать, что битва за место под солнцем была жаркой: у «Газовика» из Оренбурга 11-матчевая беспроигрышная серия была, и то – вылетел!

– В этом сезоне «Черноморцу» снова не хватило этого «чуть-чуть».

– Да уж, прямо трагедия какая-то. Лидировать весь турнир, опережать конкурентов на 6-9 очков и уступить путевку в ФНЛ. «Ангушту»! Непонятная для меня ситуация: вроде бы и тренер именитый, и игроки неплохого уровня, а результата нет. Ну что ж, думаю, руководство поступит мудро и оставит Олега Долматова у руля команды, а задачу они рано или поздно, уверен, решат.

«АФИПС» АФИПСКИЙ (2012 И ПО НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ)

– И что же, после той неудачи «Черноморца» и решили завершить игровую карьеру и податься в тренеры?

– Да нет, почему же, были у меня еще предложения. Даже в Хабаровск звали, но я уже не поехал: перелеты меня не воодушевляли, а тут семья. Друзья советовали идти в ВШТ, но желанием не горел, потому что знал: получишь лицензию, а она будет лежать на полке до ближайшего приглашения. Потому подумал: если позовут тренером, тогда уж поразмыслю.

– И тут поступило предложение тренировать «Афипс»?

– А если конкретно, то от Андрея Викторовича Андреева, главы «Газпромстроймонтажа», который предложил возглавить и сформировать недавно созданную команду. Естественно, не имея тренерского опыта, сам бы я ничего не сделал, потому стал искать помощника, которого и нашел в лице Михаила Васильевича Афонина. Мы с ним знакомы еще по работе в «Черноморце», так что, знали друг друга достаточно хорошо, и я успел уже оценить его профессионализм. Вместе с ним мы ездили по краю и просматривали ребят, причем, брали именно на перспективу.

– Не боялись прогадать?

– Конечно, определенная доля риска была, но звать игроков из первой или второй лиг не хотелось: понятно, что они приходили бы всего на три месяца, а это нас не устраивает. Конечно, есть и опытные ребята, такие, как Саша Сторожук из «Славянского» и Женя Панков, с которым мы играли вместе в Сочи. Но много и перспективных пацанов, которых мы набрали и в городских командах, и в том же дубле «Жемчужины». Осталось только сделать из них настоящий коллектив.

– Судя по результатам, вам это удается.

– Еще зимой мы провели контрольную встречу с клубом второго дивизиона «Энергией» из Волжского и сыграли вничью – 1:1. Это уже показатель того, что способны на многое, что пока доказываем и в чемпионате Кубани. Все-таки пять побед подряд о чем-то говорят, да и в проигранной встрече со «Спартаком» из Геленджика мы владели преимуществом, однако растранжирили свои моменты, в отличие от соперника. Ну что ж, реализацию тоже нужно подтягивать, да и вообще, работы еще много.

– Что-то из своего багажа знаний и умений уже применяете?

– Знаете, порой, как только я замечу ошибку игрока, вспоминаю, что бы сказали те же Сабо или Романцев в данной ситуации. Все-таки я доволен своей карьерой и тем, что довелось поработать с такими специалистами. На самом деле, это здорово помогает, так как опыт – важная вещь в футболе.

– А как вы поступаете, сталкиваясь с какими-то неординарными ситуациями?

– Пока каких-либо эксцессов у нас не происходило. Вы имеете в виду средства наказания? Конечно, можно применять штрафы, только не перегибать планку. Допустим, можно наказать человека за опоздание, но если он не смог приехать по семейным обстоятельствам и предупредил об этом, то здесь вопросов не будет. К тому же, я считаю, если после одного замечания игрок продолжает поступать так же, то, несмотря на все таланты, держать в команде его не стоит: это показывает всемирная практика. Надеюсь, у нас такого никогда не будет.

– То есть свое ближайшее будущее связываете именно с «Афипсом»?

– Пока что именно так. Меня пригласили с определенными надеждами, и я хочу оправдать ожидания. Тем более, Андрей Викторович делает все для развития футбола в поселке: на стадионе строится трибуна, вскоре будет постелен новый газон, а также планируется создать детскую мини-футбольную команду. Так что пока все идет своим чередом, и я буду делать все, что поможет моему клубу последовательно двигаться к новым высотам.